Суд в Орле отказал сотруднице колл-центра в восстановлении на работе.
Советский районный суд рассмотрел иск сотрудницы ООО «ИНСТАМАРТ СЕРВИС» о восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула. Женщина утверждала, что заявление об увольнении по собственному желанию написала под психологическим давлением руководства.
Истица работала специалистом в контактном центре орловского обособленного подразделения компании по совместительству, с графиком с 17:00 до 23:00. Вскоре после трудоустройства из раздевалки пропали её личные вещи — кроссовки и шарф. Она попросила руководителя группы помочь с просмотром записей камер, но, по её словам, столкнулась с насмешками и бездействием, а после обращения в полицию 5 июня отношение руководителя изменилось: та перестала здороваться, накричала без повода и сообщила, что устная договорённость о графике работы аннулирована. Позже, по версии истицы, ей дали понять, что «сработаться не получится» и лучше уволиться самой. Заявление она подавала через корпоративную программу, где нельзя было изменить шаблон и указать на отсутствие давления. Увольняться, по её словам, она не хотела: работа по совместительству была нужна из-за кредитов, а график подходил.
Ответчик возражал: в программе можно оставить комментарий к заявлению, а при технических сбоях подать заявление на бумаге. Свидетели — руководитель группы и вышестоящий менеджер — показали, что конфликтов не было, пропажу вещей помогали искать, в службу безопасности писали, объяснения полиции давали. Изменённый график на период адаптации не предполагал постоянного действия, а просьбу о переводе в другую группу не удовлетворили из-за отсутствия вакансий. По словам менеджера, в письме истица сама назвала основной причиной увольнения отказ компенсировать стоимость похищенного до решения правоохранителей, а о давлении не сообщала.
Суд, ссылаясь на ст. 80 Трудового кодекса РФ и разъяснения Пленума Верховного Суда, указал: увольнение по собственному желанию допустимо только при добровольном волеизъявлении работника, и бремя доказывания давления лежит на нём. Истица подала заявление с датой увольнения 22 июня, подтвердила в нём добровольность и отсутствие воздействия, до истечения срока могла отозвать заявление, но не сделала этого, после увольнения на работу не выходила, а в день увольнения получила приказ и документы.
Доводы о дискриминации и понуждении к увольнению суд признал недоказанными. Прокурор также полагал требования не подлежащими удовлетворению.
ИА “Орелград”
